Стану я, не благословясь, пойду не перекрестясь, из избы не дверями, из двора не воротами, в чистое поле. В том поле есть океан-море, в том море есть алатырь камень, на том камне стоит столб, от земли до неба огненный, под тем столбом лежит змея жгуча, опалюча. Я той змее поклонюсь и покорюсь: Ой еси, ты, змея! не жги, не пали меня, лети на восточную сторону, в высокий терем, в новый покой, пуховую перину, шелковую подушку, к красной девице;  разожги и распали у девицы (имярек) белое тело, ретивое сердце, черную печень, горячую кровь, все подпятные и подлокотные жилы; чтоб она, девица (имярек), не могла без меня, добра молодца, ни жить ни быть, ни часу часовать, ни минуты миновать; поутру бы вставала — все обо мне бы вздыхала, и ни с кем бы она думы не думала, мыслей не мыслила, плоду бы не плодила, плодовыхъ речей не говорила, ни с отцем бы, ни с матерью, ни с родом, ни с племенем своим, кроме как со мной, добрым молодцем; все бы она девица (имярек) со мной (имярек) думу думала, мысли мыслила, плод плодила, плодовые речи говорила, на ветхом и на новом месяце и на перекрое месяца. Будьте мои слова недоговорены, переговорены, все сполна заговорены. Ключ сим словам в зубы, замок в рот.

(на огонь)