На Руси было два типа кладбищ — христианские погосты и языческие курганы. Изначально, с ними не было связано никаких негативных ассоциаций, ведь покойники с первого ждали второго пришествия, а со второго устремлялись вместе с дымом погребального костра к своим богам. Другое дело навьи — духи неприкаянных мертвецов, то есть упыри и вурдалаки, которые не были погребены ни по какому обычаю. Их действительно опасались, и именно они и считались в языческие времена бесами.
В современных условиях, когда кладбища похожи (по размеру и численности «населения») на небольшие города, произошла смена их восприятия, как обычными людьми, так и колдунами. Они стали восприниматься, как некий портал в загробный мир, только не в языческую преисподнюю, а в ад, населенный всевозможными демонами.
На самом деле, кладбище, само по себе, не несет тяжелую энергетику. В конце концов, вся наша планета — это большое-пребольшое кладбище, на котором покоятся все жизненные формы, которые когда-либо возникали и вымирали, начиная от зарождения жизни. Но люди больше не считают, что смерть это переход на другую ступень, выход на новый уровень: по мнению большинства смерть это абсолютный конец существования. По этой причине, каждый посетитель кладбища идет туда с тяжелыми мыслями и оставляет там свою энергетику в несоизмеримых объемах, разумеется негативную.
Русский колдун, приходя на кладбище, обычно ищет могилу одноименную ему, обратившемуся к нему за помощью человеку или же его недоброжелателю, и устанавливает контакт с душой умершего. Сонная депрессивная энергетика погоста направляется на достижение цели, а что будет делаться — приворот или порча — не так уж и важно. Так же прекрасно кладбище подходит для сбрасывания с человека негатива, ведь подобное прилипает к подобному.
По причине того, что большинство захороненных лежат под советскими звездами без каких-либо погребальных обрядов, то многие из них являются «неприкаянными» или «заложными покойниками», современным аналогом языческих навий. Эти сущности могут подселяться к посетителям кладбища или быть подселенными колдунами в других людей.
Приходя на кладбище колдун спрашивает разрешение у всех покойников: можно ли ему сегодня заходить, удачной ли будет его работа или нет, есть ли какая-то опасность и т. п. Обращается он ко всем сущностям, как к упокоенным, так и к заложным, а не к некой «хозяйке кладбища», заимствованной современными «магистрами» из африканского вуду. После получения положительного ответа колдун ищет подходящую могилу и совершает над ней обряд, устанавливает специальные ловушки со скинутыми с людей порчами, собирает необходимую ему землю или другие тамошние снадобья.